АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА

античной ф и л о с о ф и и (по названию г. Александрии в Египте) – 1) В широком смысле А. ш. охватывает идеалистич. филос. направления позднего эллинизма (1 в. до н.э. – 6 в. н.э.), связанного с разложением рабовладельч. строя. В А.ш. входит иудейско-александрийская философия с Филоном Александрийским во главе, неопифагореизм, стоич. и вообще эклектич. платонизм 1–2 вв. н.э. и неоплатонизм, имевший свои школы в Риме, в Сирии, в Пергаме, в Афинах; последняя школа неоплатонизма 4–6 вв. опять-таки носит название "александрийского неоплатонизма". Объединение этих филос. школ под назв. "А. ш." имело под собой основание: все они более или менее связаны с мистич. умозрениями и философией мифологии, стараясь, по словам молодого Маркса, "насильственным путем доказать "вечную истину" греческой мифологии и ее полное соответствие „результатам научного исследования“" (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 1, с. 99). 2) В узком смысле – иудейско-александрийская философия (1 в. до н.э.); отличалась от традиционно относимых к А. ш. прочих школ тем, что она, во-первых, проповедовала монотеизм (в то время как все прочие направления А. ш. придерживались типичного языческого политеизма); во-вторых, тем, что обосновывала учение о творении мира (в то время как все другие направления А. ш. учили либо о вечности мира, либо о его периодич. возникновении, но всегда как о чем-то самостоятельном и независимом от личной воли единого божества). В-третьих, иудейско-александрийская философия основывалась на толковании Библии с применением аллегорич. методов и аппарата категорий стоич. платонизма. Лит.: История философии, т. 1, [?.], 1940, разд. 4, гл. 6; Ранович А. Б., Эллинизм и его историческая роль, М.–Л., 1950; Семенов И. И., Иудеи и грекоримский мир во втором веке христианской эры (Очерк по истории культурного взаимодействия народов Римской империи), "Уч. зап. Моск. ун-та", 1905, т. 34, отд. изд., М., 1905; Simon J., Histoire de l´?cole d´Alexandrie, v. 1–2, P, 1845. Vacherot E., Histoire critique de l´?cole d´Alexandrie, v. 1–3, P., 1846–51; Bigg Gh., The Christian platonists of Alexandria, [2 ed.], Oxf., 1913; Bousset W., J?disch-christlicher Schulbetrieb in Alexandria und Rom, G?ttingen, 1915. А. Лосев. Москва.

Смотреть больше слов в «Философской Энциклопедии»

АЛЕКСАНДРОВ АЛЕКСАНДР ДАНИЛОВИЧ →← АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ ГЕРЦЕН

Смотреть что такое АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА в других словарях:

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА

По целому ряду текстов и свидетельств мы можем утверждать, что в отличие от Афин Александрия постоянно культивировала платонизм, причем не только язычники, но и христианские писатели находились под его влиянием. Достаточно упомянуть Евдора Александрийского, Аммония, учителя Плутарха, перебравшегося в Афины из Александрии в середине I века н.э., Аммония, учителя Плотина, а также старшего современника Плотина христианина Оригена (которого не следует отождествлять с соучеником Плотина у Аммония т.е. Оригеном-язычником), чтобы утверждать наличие платонизма в Александрии в первой половине I и в первой половине III века, то есть тогда, когда об Афинском платонизме сказать нечего. В IV веке в Александрии философию Платона и Аристотеля преподает Гипатия, которая также составила комментарии к Аполлонию, Диофанту и Птолемею, т.е. была профессиональным математиком и астрономом. Гипатия была растерзана толпой фанатиков-христиан в 415 году. Ее учеником был Синесий Киренский, ставший епископом Птолемаиды в 410 году. Его сочинения (трактат «О сновидениях» и гимны) представляют собой смешение христианства и платонизма, затронутого влиянием Плотина и Порфирия. Развитой постямвлиховский платонизм культивируется в Александрии начиная с Гыерокла, ученика Плутарха Афинского. Согласно свидетельству Дамаския («Жизнь Исидора», 54), Гиерокл отличался великолепным языком и богатством мыслей, чем приводил в восхищение своих слушателей, соперничая едва ли не с самим Платоном. Гиерокл толковал платоновские диалоги (в частности, «Горгия»), но до нас дошел только его комментарий к пифагорейским «Золотым стихам», а также сведения о его трактате «О провидении». Комментарий к «Золотым стихам» представлял собой введение в философию, поэтому он носит элементарный характер. Гиерокл подвергся преследованию и изгнанию за приверженность к язычеству, но, вернувшись через некоторое время в Александрию, он продолжал преподавание платоновской философии. В Афинах же, но уже у Сириана, учился Гермий, от которого дошла запись толкований Сириана на платоновского «Федра», а у Прокла учился сын Гермия Аммоний (родился до 445 года, умер между 517 и 526). Он был знаменит своими толкованиями Аристотеля (до нас дошел единственный текст, написанный самим Аммонием, комментарий к трактату «Об истолковании»; изданные его слушателями и носящие имя Аммония комментарии к «Введению» Порфирия и к аристотелевским трактатам «Категории», «Аналитика Первая»; а также комментарии Аммония на «Метафизику» и на «Введение» Никомаха, записанные его учеником Асклепием), но читал также тексты Платона: его толкования Платона слушал Дамаский между 475 и 485 годами; толкование «Горгия» значительно позднее слушал Олимпиодор; о комментариях Аммония к «Теэтету» упоминает Асклепий. И хотя слава Аммония основывалась на его комментариях к Аристотелю, есть все основания предполагать, что при нем в Александрии преподавался развитой курс платоновской философии в духе афинской школы, хотя, может быть, немногие из его учеников достигали вершин — «Парменида» и «Тимея». Вероятно, непосредственным преемником Аммония был Евтокий, читавший курс по «Органону» Аристотеля. Учеником Аммония был также Иоанн Филопон (или Иоанн Грамматик, что свидетельствует о том, что он не был профессиональным преподавателем философии), от которого дошли издания комментариев Аммония на Аристотеля («Категории», «Аналитика I и II», «Метеорологика», «О возникновении и уничтожении», «О душе», «Физика»), переиздание комментария на «Введение» Никомаха, знаменитое сочинение «Против Прокла по вопросу о вечности мира», сочинение «Против Аристотеля», известное нам благодаря цитатам и критике Симпликия, а также поздний трактат «О творении мира», посвященный Сергию, патриарху антиохийскому в 546-549 годах. Иоанн Филопон — фигура чрезвычайно интересная и важная, во-первых, потому, что он был христианином, причем, вероятно, был крещен еще в самом нежном возрасте; во-вторых, потому, что в его развитии мы наблюдаем два периода. Первый представлен комментариями к Аристотелю в духе Аммония: для этого периода свойственно традиционное для позднего платонизма представление о структуре универсума, в целом ряде моментов объединяющее Платона и Аристотеля (вышебытийное единое, ум-демиург, являющийся и производящей, и целевой причиной, трансцендентные умы, рациональные души, сфера небесная, сфера подлунная, четыре элемента, материя). Второй период, начинающийся с 529 года (т.е. времени появления эдикта Юстиниана о закрытии философских школ, что и послужило поводом для декларации новых взглядов), характеризуется упрощенной схемой универсума (личный бог-ум есть высший уровень иерархии, творение мира — результат свободного божественного изволения, мир не является больше божественным) и противопоставлением Платона и Аристотеля. Новая установка Иоанна Филопона прежде всего проявляется в сочинении «О вечности мира», которое было написано в 529 году, в переделке уже составленных комментариев — к «Физике» прежде всего, в сочинении «Против Аристотеля». Впоследствии, вероятно под влиянием монофизитов, почитавших Аристотеля, Иоанн Филопон смягчается в своем его неприятии, о чем можно судить по сочинению «О творении мира» («Семь книг толкований на творение мира по Моисею»). Но это уже не имело никакого отношения к развитию Александрийской школы и потому не входит в задачу данного изложения, тогда как критическое отношение Иоанна Филопона к Аристотелю задевало интересы платоновской школы и потому вызвало резкую критику другого ученика Аммония (учившегося также у Дамаския и вместе с ним покинувшего Афины после 529 г.) — Симпликия. До нас дошли его комментарии к сочинениям Аристотеля «Категории», «О небе», «Физика», а также комментарий к «Руководству» Эпиктета. В комментарии к трактату «О небе» Симпликий называет Филопона новичком, представителем новомодной болтовни (под которой разумеется христианство), чей платонизм поверхностен, в силу чего он не может понять и глубокой согласованности учений Платона и Аристотеля; душа Филопона, согласно Симпликию, одержима не разумом, а страстьми и воображением; то, что он так многословно излагает, не представляет интереса для знатоков, а предназначено для непросвещенной публики, имеет своей целью дерзостно привлечь к себе внимание и продиктовано пустым и бессмысленным честолюбием. Нападки Филопона на Аристотеля Симпликий сравнивает с акцией Герострата, сжегшего храм Артемиды Эфесской. Симпликий остается непоколебим в своей приверженности к язычеству, что поддерживалось исключительной и искусственной атмосферой кружка неоплатоников в Харране близ Эдессы — последнего оплота просвещенного язычества. О том, насколько хорошо была оснащена эта маленькая философская школа всеми необходимыми текстами — источниками языческой премудрости, можно судить по тому же Симпликию, в частности, по его комментарию к «Физике» — одному из важнейших источников наших сведений о ранней греческой мысли. Однако языческая философия развитого платонического толка еще некоторое время могла развиваться и в Александрии. Об этом можно судить по комментариям еще одного ученика Аммония профессора философии в Александрии — Олимпиодора. Олимпиодор родился до 505 года и, во всяком случае, преподавал в 564 году. До нас дошли его комментарии как к Аристотелю (к «Категориям» и «Метеорологии»), так и к Платону (к «Алкивиаду I», «Горгию», «Федону»), что свидетельствует о том, что Олимпиодор вел занятия с продвинутыми слушателями. Из комментария к «Горгию» мы можем заключить, что слушатели Олимпиодора были христианами, а Олимпиодор при этом не скрывал своей принадлежности к язычникам: „Нужно заметить, что и мы [= платоники, философы-язычники] знаем, что первая причина, бог, — един, то есть мы знаем, что нет множества первых причин". "Философы полагают, что есть единое начало всего и единая первейшая надмирная причина". "И не думайте, будто философы почитают камни и изображения как богов: просто мы, живя с опорой на ощущения, не можем подступиться к бестелесной и невещественной силе, и изображения были придуманы ради напоминания о тамошнем, то есть ради того, чтобы, взирая на них и им поклоняясь, мы приходили к мысли о бестелесных и невещественных силах". Однако развитой языческий платонизм Олимпиодора уже не нашел для себя продолжателей: Элиас (Илия), и Давид, преподававшие философию в Александрии во второй половине VI века, были христианами. Об этом свидетельствуют их имена и отдельные пассажи в их сохранившихся текстах. Это же — вкупе с отсутствием каких бы то ни было упоминании об их курсах платоновской философии — заставляет нас предположить, что обучение философии в Александрии сводилось в это время к элементарным курсам по логике Аристотеля. От Элиаса, вероятнее всего непосредственного ученика Олимпиодора, дошли «Введение в философию», комментарий к «Введению» Порфирия, комментарий к «Категориям», комментарий к «Первой Аналитике» (начало — по-гречески, значительная часть — в переводе на армянский). От Давида (которого ни в каком случае нельзя смешивать с Давидом Непобедимым, учеником Месропа Маштоца и Саака Партева, армянином, учившимся греческой философии во второй четверти V века) дошли комментарии к «Введению» Порфирия и (в армянском переводе) к «Аналитикам». Помимо «Органона» Давид комментировал «Физику». К этой же традиции Элиаса-Давида принадлежит еще один комментарий к «Введению» Порфирия. Примечательно, что в этих написанных христианами текстах упоминаются учения о вечности материи, божественности небесных тел, а также идет речь об иррациональных духах-мстителях и нимфах-долгожительницах без высказывания к этим представлениям собственного отношения. Создается впечатление, что философские представления и религиозная истина у Элиаса и Давида разведены и не согласуются между собой. По-видимому, последним представителем александрийской школы был Стефан Александрийский, от которого дошел фрагмент комментария к третьей книге «О душе» Аристотеля, а также комментарий к трактату «Об истолковании». Стефан безусловно признает христианское вероучение и авторитет Библии и вместе с тем излагает языческие учения о вечности мира ("согласно Аристотелю"), о пятой сущности ("согласно некоторым"), о предсуществовании человеческой души и разумном характере небесных тел (не высказывая своего отношения к этим вопросам). Эта сдержанность Стефана объясняется тем, что он—в отличие от Иоанна Филопона — был профессиональным философом и как таковой был связан существующей школьной традицией. После восшествия на трон императора Ираклия (в 610 году) Стефан обретается в Константинополе и становится профессором императорской Академии, где (согласно позднему свидетельству) преподает платоновскую и аристотелевскую философию, квадривиум, алхимию и астрологию. Так языческая образованность постепенно ассимилируется христианством, и начинается ее бытование в Средние века. ... смотреть

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКО́ЛА античной ф и л о с о ф и и (по названию г. Александрии в Египте) – 1) В широком смысле А. ш. охватывает идеалистич. филос. на... смотреть

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА

    АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА 1) платонизма и 2) неоплатонизма.    Александрийская школа платонизма, название, условно объединяющее ряд философов-платонико... смотреть

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА

— традиция исследования языка, сложившаяся в одном из культурных центров античности — Александрии, столице эллинистического Египта, в кон. 4 в. до н. э. Период расцвета А. ш.— 2 в. до н. э.— 2 в. н. э.; в $40, после завоевания Александрии арабами, она прекратила свое существование. Крупнейшие представители А. ш.— Зенодот из Эфеса, Ликофрон, Александр Этолийский, Эратосфен, Аристофан Византийский, Аристарх Самофракийский, Дионисий Фракийский, Асклепиад из Мирлеи, Харет, Деметрий Хлор, Дионисий Галикарнасский, Дидим, Трифон, Павсаний Цезарейский, Аполлоний Дис-кол. Сохранились лишь немногие сочинения александрийских филологов (тексты Дионисия Фракийского, Дионисия Га-ликарнасского и Аполлония Дискола); в большинстве случаев они известны по фрагментам в более поздних изложениях — в трудах Секста Эмпирика, Диогена Лаэртского, Варрона, Эли я Доната, Присциааа, в многочисл. «схолиях» и комментариях. В традициях А. ш. формировалась филология и грамматика как отрасль филологии. Развитию исследований в области языка способствовало создание в Александрии т. наз. Мусейона (по образцу платоновской Академии и аристотелевского Ликея) и Александрийской б-ки, приобретавшей рукописи всех стран и областей греко-лат. антич. мира. А. ш. возникла в условиях многоязычия, на стыке греко-лат. науки и ближневост. учений древности, традиции к-рых она вобрала в себя. Изучение и упорядочение рукописей требовало значит, культуры обращения с текстами, комментирования и анализа. Разг. речь в эпоху эллинизма значительно отличалась от языка др.-греч. классич. лит-ры, и для А. ш. особо актуальными были вопросы норм. лит. языка. В значит, степени именно поэтому александрийские филологи обращали осн. внимание ие на филос. проблемы языка, а на разработку учения о языковых формах и их употреблении. В А. ш. грамматика выделилась в особую область исследования, давшую начало всему позднейшему антич. и европ. учению о языке. Принципы описания языка, выработанные А. ш., в науч. лит-ре определяются как «система александрийской грамматики». Отделив предмет грамматики от прочих областей изучения языка, А. ш. вычленяла в ней разл. части — прообразы совр. фонетики, морфологии, синтаксиса, а также разделы, не вошедшие впоследствии в грамматику и составивпи предмет лексикологии, стилистики, текстологии, палеографии и т. д. Основой грамматич. учения А. ш. является учение о частях речи и их «акциденциях» (понятие, близкое к совр. понятию грамматич. категории). В А. ш. интенсивно велись поиски «начал» грамматич. иск-ва, т. е. тех исходных принципов, к-рые кладутся в основу грамматич. описания. Важнейшим нз этих принципов считалась «аналогия» как особенность строения языка, отражающая его системную организацию. Но язык в повседневном употреблении зачастую обнаруживает отклонения от регулярных форм— «аномалии». В антич. «споре об аналогии и аномалии» происходила кристаллизация основ грамматич. исследования. Ученые А. ш. выступали как сторонники аналогии, развивая учение о регулярных закономерностях строения языка, в основном о парадигмах словоизменения. А. ш. разработала учение о языке на всех ярусах его строения, начиная с «элементов, или букв». Выделялись по акустическим и артикуляционным признакам гласные, согласные и полугласные. Изучались также слоги, «претерпевания» (т. е. всевозможные фонетич. видоизменения слова —метатеза, элизия и т. п.) и знаки препинания как единицы, имеющие аналог в звучащей речи. Слово определялось как «наименьшая часть связной речи», обладающая свойством «членораздельности», определ. значением и рядом свойств формы (напр., единым ударением). Александрийские филологи выделяли 8 частей речи: имя, глагол, причастие, член, местоимение, предлог, наречие, союз (Дионисий Фракийский). «Акциденции» частей речи включали как словоизменит., так и словообразоват. категории, а также — чисто классификационные, не находящие выражения на формальном уровне (напр., категория «вида» имен в смысле их деления на собственные и нарицательные у того же Дионисия Фракийского). В определении частей речи у языковедов А. ш. преобладали грамматич. признаки в сочетании с семантическими, напр., по Дионисию Фракийскому, «глагол есть беспадежная часть речи, принимающая времена, лица и числа и представляющая действие или страдание». А. ш. дала образцы разработки синтаксиса как части грамматики. У Аполлония Дискола термин «синтаксис» употребляется в широком смысле для обозначения отношений связи речевых элементов в их последовательности. Это и связь слов в предложении, и сочетания букв, слогов, отд. компонентов слов при словосложении. Преимуществ, внимание Аполлоний уделяет синтаксич. отношениям между частями речи, полагая, что «полнозначное предложение» рождается лишь при условии соотв. сочетания имен, глаголов и связанных с ними, зависимых от них разрядов слов, напр. таких, как артикль (при имени), наречие (при глаголах) н т. д. По Аполлонию, существуют и части речи, «замещающие» имена и глаголы, напр. местоимения, причастия и др. В А. ш. возникла лексикографич. традиция, оказавшая значит, влияние на словарную работу в ср.-век. Европе, особенно глоссарии, этимологич., диал., идеогра-фич. и др. словари таких лексикографов, как Зенодот из Эфеса, Аристофан Византийский, Аполлодор Афинский, Фи-локсен, Памфил, Диогениан, Гесихий Александрийский. Идеи и методы А. ш. оказали значит, влияние на др.-рим. грамматиков. Наиболее авторитетные в поздней античности и в ср. века в Европе грамматики Доната н Присциана были созданы в традициях А. ш. (см. Античная языковедческая традиция, Европейская языковедческая традиция). Грамматич. терминология, используемая в совр. учебных грамматиках, а также в собственно науч. сочинениях по общему и частному яз-энаиию, в век-рой свой части восходит к терминологии А. ш. # Антич. теории языка и стиля. М.— Л., 1936; А м и р о в а Т. А., О л ь х о в и-ков Б. А., Рождественский Ю. В., Очерки по истории лингвистики, М., 1975 (лит.); История лингвистич. учений. Древний мир, Л., 1980 (лит.); Robins R. H., Ancient and Mediaeval grammatical theory in Europe..., L.. 1951; W о u-t e r s A., The grammatical papyri from Gra-eco-Roman Egypt, Brussel, 1979. H. Ю. Бокадорова. АЛЕУТСКИЙ ЯЗЫК (устар.—унанганский язык) — один из эскимосско-алеутских языков. Распространен на Алеутских о-вах (США) и на о. Беринга (СССР). Число говорящих в США ок. 700 чел., в СССР — ок. 30 чел. (1984, оценка). А. я. включает 3 диалекта — уналашкинский (восточный), аткинский и аттовский (западный). Отличия в фонетике, грамматич. строе и лексике между диалектами незначительны, и взаимопонимание алеутов разл. островов вполне возможно. Созданная в нач. 19 в. И. Е. Вениамииовым и Я. Е. Нецветовым алеут, письменность на основе рус. алфавита прекратила существование после перехода Алеутских о-вов во владение США (1867). Лишь в сер. 70-х гг. 20 в. Аляскинский центр по изучению языков коренного населения ввел обучение на А. я. К.-л. признаков древней алеут, письменности не обнаружено. А. я. в области лексики и морфологии значительно отличается от родственного ему эскимос, яз. # Вениаминов И., Опыт грамматики алеутско-лисьевского языка, СПБ, 1846; Иохельсон В. И., Унанганский (алеут.) язык, в сб.: Языки и письменность народов Севера, ч. 3, М. —Л., 1934; Меновщиков Г. А., Алеут, язык, в кн.: Языки народов СССР, т. 5, М.— Л., 1968; А с и н о в-с к и й А. С. В а х т и н Н. Б., Головко Е. В., Этиолингвистич. описание командорских алеутов, ВЯ, 1983, Ns 6; Bergs-land К., Aleut dialects of Atka and Attu, Phi!.. 1959; Bergsland K., Dirks M., Atkan Aleut school grammar, Anchorage, 1981. Меновщиков Г. А., Алеут.-рус. словарь, в сб.: Языки и топонимия, Томск, 1977; Bergsland К.. Atkan Aleut-English dictionary, Anchorage, 1980. Г. А. Меновщиков.... смотреть

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА

    (Философ.) Эта знаменитая школа образовалась в Александрии (Египет), которая была несколько столетий великим престолом учености и философии. Знамен... смотреть

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА

ф.п. александрия мектебі

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА

александрия мектебі

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА АНТИЧНОЙ ФИЛОСОФИИ

1 в до н э — 6 в и. э.) понимается в научной литературе двояко. С одной стороны, это — иудейская философия Филона Александрийского, жившего в 1 в. до н. э. в городе Александрия в Египте и толковавшего Библию при помощи методов стоического платонизма. Это последнее направление полагало в основу бытия платоновские идеи, но толковало их как творческий огонь, изливающийся по всему миру и создающий в нем все живое и неживое Под сильным влиянием стоического платонизма находилось и все раннее христианское богословие, еще не умевшее применять чисто монотеистические методы Представителями этого образа мышления были Ориген и Климент, тоже связанные с Александрией С др. стороны, при более широком понимании к А.Ш. относят как языческий неопифагореизм и эклектические школы первых веков, так и весь неоплатонизм, хотя он имел место и в Риме, и в Сирии, и в Пергаме, и в самой Александрии, причем и в языческой, и в христианской форме Правильнее понимать под А.Ш. философскую школу Филона и александрийских христианских мыслителей 2—3 вв. ... смотреть

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА И АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ ВЕК

Александрийская школа и Александрийский век — Когда вместе с силою и самостоятельностью древнегреческих государств стала приходить в упадок греческая литература, средоточием литературной и научной деятельности сделался под покровительством и при содействии Птоломеев город Александрия в Египте, бывший по своему положению центром тогдашних всемирных сообщений. Это было в то время, когда греческая культура распространилась по всему основанному Александром Великим и распавшемуся после его смерти на части государству. Период времени, в который греческая поэзия и наука были здесь развиваемы, называется по некоторым особым, отличающим его чертам Александрийским веком. Его можно подразделить на два главных периода: первый (Александрийский век в более тесном смысле) обнимает время царствования Птоломеев с 323 —3 0 г. до Р. Х.; второй продолжается от прекращения династии Птоломеев до покорения Александрии арабами — 30 г. до Р. Х. — 640 после Р. Х. Первым греческим владетелем, стремившимся создать для греческой науки и греческого образования широкое основание и новое убежище, был Птоломей Сотер; он собрал туда многих ученых и положил основы библиотеки и музея в Александрии. Значительно больше двинул эти занятия вперед создавший знаменитую Александрийскую библиотеку в больших размерах его наследник, Птоломей Филадельф. К Александрийской школе принадлежали греки, египтяне, иудеи, а впоследствии и римляне. Самое большое значение имели грамматики, поэты — меньшее. Первые были не только учителями и исследователями языка, но и филологами и литераторами, объяснявшими не только слова, но и содержание — словом, энциклопедистами. Таковы: Зенодот Эфесский, образовавший первую грамматическую школу в Александрии, Эратосфен Киренский, Аристофан Византийский, Аристарх Самофракский, Крат Малосский, действовавший в другой столице учености — в Пергамоне, Дионисий Фракийский, Дидим, Аполлоний Дисколос и многие другие. Их главная заслуга состоит в том, что они собрали, исследовали, оценили и сохранили для следующих поколений имевшиеся налицо памятники культуры и литературы. Самые известные из поэтов, писавших большею частью тоже в самой Александрии, были: Аполлоний Родосский, Арат, Никандр, Евфорион, Каллимах, Феокрит, Филет, Фанокл, Тимон Флиазийский и семь — называемых александрийским семизвездием — трагиков, в том числе Ликофрон. Александрийский век со своим энциклопедическим образованием существенно отличался по духу и характеру от древнегреческой жизни. При внимании, которое было посвящаемо изучению языка, правильность, чистота и изящество этого последнего сделались естественно предметами главного старания, и действительно, многие александрийцы отличались в этом отношении. Но большинству этих сочинений недоставало духа, одушевлявшего прежнюю греческую поэзию, точно так же как и столь важного общения с настоящею национальною публикою; зато техника была в высшей степени выработана и тонка, композиция искусно рассчитана, форма отменно изящна; критика и изобильная ученость, прилежание и навык должны были заменить то, что прежде давал гений. Этот последний проявлялся только у немногих, которые поэтому и кажутся особенно великими для своего времени; другие производили то, что может быть произведено критикою и изучением, их часто искусно обдуманные и заботливо обработанные сочинения слишком трезвы, лишены духа и жизни. Чувствуя недостаток в оригинальности, но признавая ее достоинство и стремясь к ней, они незаметно дошли до предела, где всякая поэзия исчезает. Их критика выродилась в мелочность, их искусство — в искусственность. Они стремились к необыкновенному, к новому, и старались добиться этого ученостью. Поэтому большая часть александрийцев была одновременно поэтами и грамматиками, в большинстве случаев — бездушными и холодными рифмоделами. Об александрийской школе говорят и по отношению к принадлежавшим к Александрийскому веку и жившим в Александрии философам. Характерно по отношению к александрийской философии то, что в Александрии соприкасались восточная и западная философии и что здесь вообще господствовало стремление к примирению противоречащих друг другу философских систем; вследствие этого александрийские философы, следовавшие этому направлению к собиранию и соединению, и были часто называемы эклектическими философами, или синкретистами. Но на деле это название применимо не ко всем, так как здесь появились и догматики и — в противоположность им — скептики. Более всего известности приобрели александрийские новоплатоники. Соединяя восточную теософию с греческою диалектикою, они воплощали борьбу древней цивилизации с христианством, поэтому их философия оказала некоторое влияние на способ понимания христианства в Египте. Из слияния восточных воззрений с христианскими образовался гностицизм (см. это сл.); некоторые самые важные гностические системы были выработаны в Александрии. Не в меньшей степени были проникнуты духом этой философии и самые видные преподаватели возникшего и процветавшего там христианского катехизического училища; поэтому александрийскую церковь и волновали сильнейшие религиозные споры, так как в Александрии встречались самые разнообразные элементы. Это продолжалось до тех пор, пока из их среды не вышел в борьбе против арианизма, при помощи Афанасия, принцип неприкосновенности правоверных положений религии. Наконец, александрийское направление отличалось еще и разработкою точных наук — медицины, географии, физики, математики и естествоведения; эти последние дошли здесь до самой высокой в древности степени развития. Уже в III столетии до Р. Х. Евклид написал здесь свое классическое сочинение по геометрии. Астрономы этой школы отличались с самого ее начала от своих предшественников тем, что они оставили в стороне всякие метафизические спекуляции и посвятили себя всецело наблюдениям. Как физики, математики и географы отличались: Аристилл и Тимохарис, Архимед в Сиракузах, Эратосфен, Аристарх Самосский, Птоломей и др. Александрийская школа продержалась в своих различных направлениях в течение около восьми столетий на такой — правда, с течением времени несколько изменявшейся, — высоте, что она была постоянно главным центром учености и литературы тогдашнего мира. Ср. Партей, "Das alexandrinische Museum" (Берлин, 1838); Матте, "Histoire de l‘ é cole d‘Alexandrie" (2-е изд., 2 т., Париж, 1840 —4 4); Бартелеми Сент-Илер, "De l‘ école l‘Alexandrie" (Париж, 1845); Гелль, "Das gelehrte Alterthum" (Лейпц., 1870); Симон, "Histoire de l‘ é cole d‘Alexandrie" (2 т., Париж, 1844 —4 5); Венигер, "Das alexandrinische Museum" (Берлин, 1875). Быть отдельно отмеченною заслуживает еще александрийская школа богословов. Различают старшую и младшую школу. Первая из них, главными представителями которой были Пантен, Климент Александрийский (см. это сл.), Ориген (см. это сл.) и его ученики, противопоставила еретическому гностицизму во второй половине II столетия католический гностицизм и стремилась к спекулятивному обоснованию главных учений христианства посредством приемов платонической и стоической философии. Младшая школа имела, особенно с IV в., в спорах по учению о св. Троице и о Христе значительное влияние на развитие церковного учения, ее главою был в IV в. Афанасий (см. это сл.), в V в. — патриарх Кирилл Александрийский, влиятельный противник Нестория (см. это сл.). О противоположности этой школы антиохийской — см. Антиохийская школа.<br><br><br>... смотреть

АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ ШКОЛА И АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ ВЕК

Когда вместе с силою и самостоятельностью древнегреческих государств стала приходить в упадок греческая литература, средоточием литературной и научной ... смотреть

T: 112